Remote Иерусалим. "Мне голос был..."
Дамы и господа!
Очередной перформанс Фестиваля Израиля. Театр «Римини Протокол» пригласил 50 человек на таинственную прогулку по улицам Иерусалима.
Невидимую провожатую звали Яэль.
Правила игры оговорены заранее.
Мы - стадо, подчиняющееся голосу в наушниках.
Яэль - пастух.
Нас можно уничтожить, но в стаде это сделать сложнее. Главное, не отбиться и держаться поближе к центру.
Яэль уничтожить невозможно. Она - программа.
Мы существуем непрерывно.
Яэль - "точечно", только когда говорит.
Наше путешествие с невидимой провожатой по видимому Иерусалиму началось со смерти.
Memento mori - слоган стада.
В начале было кладбище. Старые выбеленные веками еврейские могилы в центре Иерусалима.
Зубы времени.
Голос велел задуматься и выбрать могилу.
Голос велел задуматься и выбрать могилу.
По еврейской традиции, чтобы почтить память умершего, на надгробья кладут камешки. Здесь, наверное, похоронен строитель или масон.
Не всегда можно с точностью сказать, чьему миру принадлежат обитатели кладбища.
Пастух предлагает пожить ещё и ведёт к свету.
Голос превращает нас в зрителей,
Голос превращает нас в зрителей,
... а случайных прохожих в актёров.
Впрочем, бывают ли в Иерусалимском "театре" случайные прохожие?
Много было заданий в пути.
Подгоняемые Яэль мы бежали куда-то.
Ныряли под землю и выныривали в геометрию Иерусалима сегодняшнего.
Встречали себя в отражениях.
Пристально разглядывали окружающий мир.
Просто радовались жизни. "Пока есть чему", - настойчиво напоминал голос.
Даже на Иерусалимском трамвае прокатились по специальным фестивальным билетикам.
После велено было расслабиться, закрыть глаза и под гипнотический рефрен Пастуха размышлять о том, кто мы, почему мы здесь, останется ли что-нибудь в мире после нас. Голос со свойственным программе догматизмом в этом усомнился.
Воспользовавшись нашим расслабленным состоянием, дружелюбную Яэль сменил агрессивно-гиперактивный Дорон, разделивший стадо на враждующие подмножества.
Мы оборонялись, радостно угрожали друг другу, но после снова слились в единое целое в паутине иерусалимских закоулков. Так безопасней для стада, решил за нас Дорон.
В знак примирения под "пастушью дудку" мы лихо отплясывали на одной из городских площадей,
... бродили задом наперёд, думали о важном и пустяках, тайком приглядывались друг к другу и... оказались на балконе, присматривающем за Старым Городом.
Дорон мрачно предупредил, что это конец.
Ну, не совсем ещё. Он понимает, что спрыгнуть с балкона вниз не позволят собственные инстинкты или "соседняя овца".
Всего лишь завершение прогулки-перформанса. Когда-нибудь мы всё это позабудем. Кто раньше, кто позже. И не только сегодняшний день, а вообще всё и навсегда, радовал нас Пастух запрограммированными предсказаниями.
Овцы молчали.
А внизу продолжалась иерусалимская суматоха. Что с нами, что без нас.
Уже сами, без указаний голоса, мы выбирали, на чём остановить взгляд.
Мой взгляд остановился на этой картине.
Двойственное впечатление осталось от перформанса.
С одной стороны, прекрасная и непредсказуемая прогулка по волшебному Иерусалиму.
С другой, поток философского примитивизма.
Что поделать, у каждой игры свои правила.
Мы живём в мире всепобеждающего искусственного интелекта.
Но наш личный интеллект и способность к самостоятельному мышлению никто не отменял.
Даже в стаде старайтесь не быть овцами, дамы и господа.